Такой разный коучинг отношений

Когда я учился в восьмом классе, мы с друзьями любили посещать кружок философии в нашей местной библиотеке. Каждую пятницу мы мчались домой после уроков, спешно заталкивали в себя обед, обменивались с родителями последними новостями, крепко их обнимали и убегали на встречу, которая начиналась всякий раз принципиально ровно в пять часов вечера. На этих встречах работники библиотеки подготавливали тематические выставки и короткие доклады по работам классиков философской мысли (от Платона и Аристотеля до Ж. Бодрийяра и К. Воннегута), которые впоследствии становились предметом бурного обсуждения участников кружка. Признаюсь, я далеко не всегда понимал всего смысла дискуссий и уж тем более никогда не притрагивался к обросшим пылью томам философии жизни, которые окружали нашу беседу величественными металлическими стендами, но меня очень воодушевляло сообщество старшеклассников и студентов, организовавших кружок. Этим ребятам всегда можно было задать важный вопрос и получить на него простой ответ. Или спросить совет и быть уверенным, что он будет ценным и полезным. Каждая встреча наполняла меня энергией на неделю вперёд. Вдохновленный приятным общением я проводил остаток пятничного вечера за игрой в баскетбол или просмотром любимых сериалов. Но единожды случилось обратное. Однажды я ушел после дискуссии со знанием, которое было сложно осознавать и невозможно принять. После встречи я шел домой поникшим и озадаченным. Но именно в этот день я впервые в жизни серьезно задумался о том, что ценного я мог бы сделать для этого мира.

Философия «позитивного» одиночества

Эта по-осеннему дождливая встреча собрала несколько десятков студентов и старшеклассников. Пасмурная погода не отпугнула практически никого. Возможно, даже наоборот, привлекла. Что еще делать в такую погоду? Конечно, философствовать. Так или иначе, ровно в пять часов работник читального зала объявил, что сегодняшняя беседа будет посвящена феномену одиночества.

В ходе этой встречи работники и посетители библиотеки обсуждали концепции одиночества Т. Вулфа, Б. Паскаля, Ф. Шеллинга и прочих именитых философов. В такт проливному октябрьскому дождю, бороздившему крыши машин, члены кружка философии цитировали своих любимых авторов. Содержание обсуждения ввело меня в глубочайшее смятение практически с первых минут. Мораль дискуссии в результате лично для меня свелась к тому, что одиночество – это неизбежная участь, которую следует просто принять. Помню, какие странные ощущения я испытывал, когда участники беседы обсуждали, что одиночество не просто неизбежно, но еще и полезно! Оно было определено ключевым механизмом защиты от общественной стигматизации, которая уничтожает личность и самосознание человека.

Мне, абсолютно социально ориентированному ребенку, воспитываемому в большой семье, который всю начальную школу организовывал досуг всей районной детворы, были абсолютно чужды все транслируемые положения. Особенно сильно я негодовал, когда услышал цитату, которая, как выяснилось позже, принадлежала Орсону Уэллсу: «Мы рождаемся одинокими, мы живем одинокими, мы умираем одинокими», и последующую интерпретацию одного из участников беседы:

— Вот так и рождается здоровый индивидуализм, который становится ключевым фактором прогресса. Ты приходишь в этот мир один и уходишь один. Никто тебе ничего не должен. Друзья не обязаны тебя не бросать, а родители – любить. Прелесть в том, что ты тоже ничего не должен. Поэтому надо с благодарностью принимать благосклонность окружающих, но ничего от них не ждать.

Дождь за окном усиливался вместе с моим негодованием. Всю дискуссию я вслушивался в шум дождя и гул ветра, и думал: «Прекрасная погода для того, чтобы поговорить о самом унылом состоянии человека…». Апогеем моего уныния в этот день стали восторженные цитирования М. Хайдеггера, о том, что каждый человек обречен на одиночество, и Т. Гоббса – о войне всех против всех. В какой-то момент мои руки сами сомкнулись в замок, а я вплотную прижался к спинке стула и сполз по ней вниз так, что из-за стола, за которым я сидел, была видна только моя голова.

Не помню, как закончилась встреча. Помню только неимоверное ощущение тоски. Весь вечер и весь следующий день я обдумывал то, что услышал, и никак не мог поверить и принять: «Почему меня это так задевает? Почему я сопротивляюсь таким очевидным и сильным аргументам в пользу того, что одиночество – это благо? Я же убежден, что все, что я слышал, вполне логично и правильно…»

Закончились мои мыслительные страдания на тот момент непривычным, но важным инсайтом. Как-то перед очередной попыткой выйти на улицу в перерыве между ливневыми дождями, я прошел мимо высокого зеркала, висевшего в коридоре, и поймал на мгновение свой замученный самобичеванием взгляд. Увиденное заставило меня остановиться. Я стоял и всматривался в своё отражение. Не знаю, как долго это продолжалось, но помню, как в голове резко и громко прозвучало решение проблемы соотношения личной и общественной позиций: «Ну нетушки», – подумал я. – «Никакого одиночества! Я не согласен!»

В тот момент я решил, что все услышанные мной тезисы в пользу «позитивного» одиночества основываются на банальных неудачах в построении отношений. Я подумал о том, что подавляющее число людей абсолютно точно хотят быть частью чего-то большего, чем они являются, и вольно или невольно стремятся к причастности к группе. Просто далеко не у всех это получается. Отсюда и рождается принятие, а потом и сакрализация одиночества. Но вряд ли это приносит кому-то счастье и удовлетворенность на самом деле. По крайней мере надолго. И это осознание привело меня к мысли о том, что я просто обязан во что бы то ни стало демонстрировать окружающим все те возможности, которые они упускают, выбирая одиночество. Я понял, что хочу показать хотя бы своим примером, что быть частью социального мира во всех позитивных его проявлениях – это не только легко, но и жизненно важно.

Специализация – это выбор. Но не только твой

Сегодня, оглядываясь назад, я понимаю, что эта встреча частично определила мое будущее. Шесть лет обучаясь на факультетах социологии разных университетов я постоянно искал подтверждения своей позиции, сформулированной тем октябрьским вечером. И, как ни странно, находил. Находил не только теоретические основания, но и сообщества единомышленников. Подспудно стремление к социальному совершенствованию мира и созданию пространства, где люди конструируют счастливые отношения, привело меня в тренинги, а затем и в коучинг.

Несмотря на то, что отношения всегда были предметом моего бесконечного интереса, в начале своей коучинговой практики я позиционировал себя как специалист в других областях: Коуч по маркетингу, предназначению, организационному развитию, творчеству, и Бог знает, чему еще. Более того, я принципиально не работал с запросами про отношения, потому что считал (и до сих пор считаю) коучинг отношений – одной из самых сложных специализаций, требующей не только внушительного коучингового опыта, но и дополнительной квалификации. Однако, как бы я ни старался (а в начале реально старался) уйти от запросов об отношениях, подобно волшебной палочке Джоан Роулинг, которая сама выбирает волшебника, специализация аналогично находила меня с каждым новым клиентом все быстрее и быстрее, пока однажды и вовсе не застала меня врасплох.

В один из майских выходных я гулял в парке 300-летия, когда раздался телефонный звонок. Я нажал на кнопку ответа, и незнакомый женский голос продекларировал уверенно и восторженно:

— Здравствуйте! Это Александр? Ой, вы знаете, мне порекомендовали вас как эксперта по вопросам отношений. Хотела согласовать возможность встречи. Мне нужно поговорить с Вами о взаимодействии со своей свекровью.

Я поставил звонок на удержание.

«Ну просто приветики…» — подумал я, перебирая страницы своего ежедневника. — «Мало того, что отношения, да ещё и со свекровью. И, опять же, эксперт, а не коуч. За что?»

Я сосчитал про себя до пяти, сделал глубокий вдох и вернулся к разговору, призывая себя сохранять безоценочность и настраиваться на коучинговую позицию. Несколько секунд прошло, прежде чем я также уверенно и воодушевленно я произнес:

— Давайте договоримся на установочную сессию на первой рабочей неделе после майских праздников…

Как получилось, что коучинг отношений неизбежно стал моей основной специализацией? В целом, просто. Наступил июнь, и обучение в Эриксоновском университете подошло к своей кульминации, а первые долгосрочные контракты с моими клиентами – к развязке. Анализируя свою папку обратной связи, собираемую во время обучения, я обнаружил, что абсолютно у всех моих клиентов на второй или третьей (ну максимум на четвертой) сессии так или иначе возникал запрос, касающийся его личных отношений. У половины клиентов этот запрос вскоре превратился в новый долгосрочный контракт. Более того, довольно быстро я стал сталкиваться с ситуациями, когда на установочной сессии клиент говорит, что ему нужен коучинг профессиональной деятельности (карьера, предпринимательство, предназначение и др.), а приходя на встречу заявляет: «С бизнесом/карьерой у меня все хорошо. Давай поговорим обо мне и моей семье».

Так в результате я перестал противиться обстоятельствам и принял формирующееся профессиональное амплуа. И когда я, наконец, это сделал, коучинг отношений открыл для меня совершенно новый удивительный мир и колоссальную зону профессионального роста. В этой статье с разрешения моих клиентов я поделюсь четырьмя кейсами, в которых я работал с запросами об отношениях. Четырьмя историями, которые стали фундаментом моей уверенности как профессионального коуча. Четырьмя ситуациями, которые раскрывают разнообразие коучинга отношений и показывают, как реализация универсальных коучинговых инструментов и базовых компетенции коуча ICF помогает клиентам раскрывать их потенциал создавать наилучшие отношения со своим окружением.

 

1. «Она ушла, потому что устала ждать». История о нерешительности, которая чуть было не стоила Андрею счастливого брака
2. «Я хочу, чтобы общество меня приняло, но принимаю ли я сама себя?». История о том, как Аня соединилась со своим истинным «я»
3. «Сотрудничество – наш главный драйвер. Ругаться – непозволительная роскошь». История о тренинге, которого не было
4. «Я наблюдал за происходящим и понимал, что не знаю этих людей». История о новом знакомстве со старыми родственниками

 

Эпилог. За что я полюбил коучинг отношений

Прежде чем ответить на вопрос «За что я люблю коучинг отношений», наверное, будет правильным задать вопрос: «А как я понимаю, что люблю его?». И я отвечу также, как отвечают многие клиенты: «У меня нет слов, чтобы это понимание описать». Метафорично я бы представил свою любовь к коучингу отношений как постоянно расширяющуюся Вселенную, в которой постоянно появляются новые планеты и рождается новая жизнь – яркая, прекрасная и удивительная.

У меня есть по меньшей мере две причины любить коучинг отношений больше, чем что-либо еще. Конечно, прежде всего, я люблю его за вызов. За настоящий профессиональный вызов, стимулирующий быстрый рост компетенций и навыков. Признаюсь, в моей практике бывали сессии, которые вводили меня в сомнения относительно моего выбора специализации. Однако следуя принципу «Не существует неудач. Существует только обратная связь» я вновь и вновь возвращаюсь на свой путь к мастерству и иду по нему во что бы то ни стало с искреннем любопытством и бесстрашием.

Ну и, наконец, я люблю коучинг отношений за то же, за что в целом люблю любой коучинг. За моих клиентов. За настоящих чемпионов, которые находят близких друзей, становятся настоящими лидерами в своем окружении, строят счастливые семьи, налаживают взаимоотношения со своими родственниками, живут осознанной жизнью и вдохновляют меня каждый день становиться в коучинговом ремесле все лучше и лучше.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *